Крестный отец ООН

04 мая

Если Победа ковалась на фронтах, то мир – за столами переговоров. В преддверии Дня Победы МГИМО вспоминает своих великих собратьев – дипломатов и переводчиков военного времени. Наладить отношения с непростыми союзниками, добиться открытия второго фронта, установить прочный мир и сделать так, чтобы жертвы войны не оказались напрасны – дипломатические задачи в военные годы не уступают в значении операциям на фронтах. Наш первый герой – А.А. Громыко, в 40-ые годы посол в США и один из создателей ООН, какой мы ее знаем сейчас. 


«Если бы я написал все, что знаю, мир бы перевернулся», — любил повторять Андрей Громыко, один из величайших дипломатов советской закалки. Переговоры в Думбартон-Окс, визит Никсона в Москву, подписание ОСВ и ПРО, Карибский кризис и ввод войск в Афганистан — он был свидетелем и непосредственным участником всех этих событий.

 

Весной 1939 года Громыко поступает на службу в Наркомат иностранных дел, а уже к концу года его назначают советником посла в США и на Кубе. Перед отъездом Сталин лично дал ему совет заходить в американские церкви: «слушайте проповедников, у них прекрасное произношение. Так делали старые большевики».

 

Во время Второй Мировой войны стала очевидна потребность в международной организации для поддержания мирового порядка - будущей ООН. Вопрос о ее создании обсуждался на каждой встрече представителей союзных стран: начиная с Тегерана и заканчивая Сан-Франциско. В 1944 году в Думбартон-Оксе обсуждался порядок голосования в будущей организации, и Андрей Андреевич, уже в качестве посла и главы советской делегации, отстаивал право вето. Франклин Рузвельт пытался переубедить Громыко всеми силами: даже пригласил его на завтрак, что считалось высшим проявлением дружелюбия. Советский представитель отвечал вежливо, но тем не менее в конце добавил: «Мы знаем, что не можем отступить от нашей позиции, совсем как наши войска знали, что они не могут отступить на восток от Волги». В итоге решение вопроса было отложено.

 

И вот в 1945 году на конференции в Сан-Франциско был подписал устав Организации Объединенных Наций. Но перед Громыко все еще стояла важнейшая задача — добиться права вето для СССР. Вашингтон это категорически не устраивало. Переговоры уже заходили в тупик, но тут Андрей Андреевич заявляет: «Или вы принимаете наши условия, или советская делегация покинет зал».

 

За стойкость и выдержку советское правительство наградило его орденом Ленина, а западное — прозвищем «мистер нет».

 

28 лет Громыко стоял у руля советской дипломатии. За эти годы ему довелось работать с Дуайтом Эйзенхауэром, Джоном Кеннеди, Мао Цзэдуном, Иосипом Броз Тито, Маргарет Тэтчер, Вальтером Ульбрихтом, Ричардом Никсоном и Генри Киссинджером. С последними Громыко связывали многие годы дружбы.

 

По воспоминаниям Виктора Суходрева, переводчика первых лиц СССР, Андрей Андреевич всегда отличался особым чувством юмора. «Напряженные переговоры c американцами во время визита Никсона в Москву, казалось, вот — вот зайдут в тупик. — вспоминал Суходрев. — Генри Киссинджеру подали материал, он вдруг закрыл руками бумаги и посмотрел на люстру. Долго и внимательно смотрел. Громыко тоже посмотрел на люстру, махнул рукой и сказал: «Да! Это у нас еще со времен Ивана Грозного!»

 

Самый информированный человек в мире по версии англичан, политик со стальным лицом, всегда до конца отстаивающий интересы своей страны, он

навсегда остался одним из лучших дипломатов за всю историю Российской государственности.

 

Юлия Катышева, 1 МЖ
Пресс-служба Студенческого союза 

Назад к событиям
Фотографии с мероприятия
    Остальные фото событий

    Товары магазина

    Записей не найдено.

    Остальные товары
    Вконтакте
    FaceBook
    Instagram
    Twitter

    Общественная приемная

    Тема

    Структура Студсоюза

    Наши мероприятия

    Поступление

    Инфраструктура

    Общежития

    Социальные выплаты

    Волонтерство

    Фирменная продукция

    Отправить