МГИМО в лицах: Сычёва Елена

10 мая

О настойчивом пути к цели, любви к японскому языку, преподавательской деятельности и воспоминаниях о студенческом времени в новом выпуске рубрики #мгимо_в_лицах рассказала старший преподаватель кафедры международной журналистики, кандидат культурологии Сычёва Елена Сергеевна.


Почему Вы выбрали МГИМО, факультет Международной журналистики? 

Изначально я вообще очень мало думала о том, куда именно буду поступать, потому что в 2005 году, когда я заканчивала школу, еще не было ЕГЭ, мы сдавали выпускные экзамены, и на них ушло очень много сил и времени. Дело в том, что я училась в школе с углубленным изучением английского языка, и одна из частей выпускного экзамена заключалась в том, что мы должны были поставить спектакль на английском: каждый человек из группы должен был рассказать по две темы про Россию — экономика, политика, образование или культура. Я не была отличницей, но все, что касалось литературы, русского или английского, поручалось мне. Так весь 11 класс я писала сценарий — по мотивам «Алисы в стране чудес». 


Наступил момент, когда нужно было выбирать, куда поступать. В начале нулевых проще было пробиться в крупный вуз — МГУ или МГИМО. Там всё было просто: хорошо сдаёшь экзамены – и поступаешь. А в родном Орле, если человек не медалист, без определённого рода «манипуляций» поступить на бюджет тогда было практически невозможно. В семье у меня все химики-аналитики, хроматографисты, и папа хотел, чтобы я поступала в вуз, где он преподавал – тогда он назывался ОрёлГТУ – на факультет пищевой промышленности. Но я совсем не разбиралась ни в математике, ни в физике. Мне советовали что-то, связанное с написанием сценариев, английским и литературой. Мой брат закончил МГУ и жил в Москве, он составил список возможных вузов. Первым был ВГИК, вторым — МГИМО. Про МГИМО я практически ничего не знала, поэтому купила большой справочник для поступающих в вузы и начала его изучать. Брат говорил: МГИМОвца сразу видно — он всегда бодрый и дерзкий. К тому же, у них есть общежитие, что мне как иногороднему студенту было актуально. МО я не выбрала, потому нужно было сдавать историю, а я плохо запоминала даты. Еще одна особенность 2005 года — в Орле домашний интернет еле-еле работал через модем по карточкам, сайты были толком не развиты, хотя и можно было посмотреть примеры вступительных экзаменов и какую-то базовую информацию. 


Однажды, оторвавшись от сценария, я поехала на день открытых дверей факультета Международной журналистики. Мне очень понравился университет, в нем было уютно. Декан факультета Ярослав Львович Скворцов выступил с речью, которая произвела на меня огромное впечатление. Помню, это было в 9 зале, я тогда сидела и думала: неужели кто-то здесь учится, может быть, и я буду учиться. Тогда я поняла, что хочу именно в МГИМО на МЖ. 


Летом я приехала сдавать вступительные экзамены. Система оценки была такая, насколько я помню: максимум 25 баллов за каждый предмет, от 23 до 25 — пятерка, всего можно было набрать 75 баллов. Творческий конкурс, который шел первым, я сдала на 15, нижняя планка — 13. Тогда я задумалась, есть ли смысл продолжать? Тогда я совсем не умела писать «от себя», я привыкла писать только школьные сочинения по литературе. Помню, я пришла на показ работ и спросила у Ярослава Львовича, стоит ли писать экзамены дальше или, может, мне просто развернуться и уйти. Он ответил, что всегда нужно попробовать, тем более шансы еще были. Когда я сдала следующие экзамены — приободрилась: 23 по русскому и литературе, 21 или 22 – точно не помню – по английскому. Для поступления мне не хватило около трех баллов. С одной стороны, я расстроилась, с другой, это было ожидаемо после первого экзамена. А больше я никуда не подавала документы, потому что вступительные экзамены в остальных вузах не подходили, и к тому же в основном везде требовался оригинал аттестата. 


Я поехала домой и год занималась: читала ещё больше разной литературы, училась писать. Тогда появлялись блоги, например, Livejournal, Diary.ru, liveinternet. Там я тренировалась излагать собственные мысли, для меня это было очень страшно. Следующий год поступления стал еще сложнее, кажется, это был самый высокий проходной балл в истории на тот момент. Мне не хватило баллов еще меньше, чем в предыдущем году. Немножко поменялся экзамен по английскому – убрали устную часть, – а я не знала. Тогда я впервые в жизни увидела future perfect continuous, фраза «к восьми часам завтрашнего дня я буду лететь на этом самолете уже пять часов» меня озадачила. Не поступить второй раз, конечно, было очень тяжело и грустно. 


В течение года я работала и серьезно занималась английским самостоятельно, по учебникам. В 2007 году часть абитуриентов стала поступать по ЕГЭ. Результаты ЕГЭ в то время «переводили» в баллы, и в итоге общий балл чуть-чуть снизился. Я же опять сдавала экзамены, набрала проходной прошлого года (это который самый высокий) и поступила с хорошим запасом. К тому моменту, как я узнала результаты в МГИМО, я уже была зачислена в МГУ. Это какая-то мистическая история: два года я не поступала в МГУ, потому что мне и всей семье мерещилась в списке экзаменов история, а на третий год мы открыли тот же самый справочник, но там не оказалось истории. Документы из МГУ я забрала, причём мне сначала не хотели их отдавать, думали, что я не поняла, что поступила. Но потом я сказала, что поступила в вуз своей мечты, МГИМО, и вопросы на этом закончились. 


В трудной ситуации, как у меня с поступлением, ты просто думаешь, чего хочешь, а чего нет, и иногда даже важнее знать, чего ты точно не хочешь... В такой «переломный» момент понимаешь, что если сдашься, сломаешься, то, может быть, жизнь пойдет по какому-то не тому руслу. Поэтому важно сделать искренний выбор. Я поступила в МГИМО и была очень рада. Правда, некоторое время, когда видела институт в окружении зелени, меня трясло, как будто снова лето и я снова иду поступать, – но где-то через год это прошло. Тот, в который я поступала и в который поступила, это два разных вуза: один неприступный, а второй домашний, уютный. 


Японский — это случайность? 

Мне очень повезло, я хотела учить именно японский. Так получилось, что весной 2007 года, когда поступила, я купила словарик японских слов, которые были написаны латиницей. Помню, я носила его везде с собой в сумке и иногда открывала, смотрела и думала, как люди могут это понимать, как это увлекательно. Еще до этого я посмотрела аниме-сериал, который шел на телевидении, японская культура меня заинтересовала. 


При поступлении я написала в анкете японский и немецкий (его я изучала в школе). И тут впервые за семь лет на факультете журналистики дали японский! Это было большое счастье для меня. Надо мной все шутили, что поэтому два года и не поступала — не было японского. 


Расскажите об опыте участия в программах культурного обмена с Японией. 

Когда я училась, программ обмена было, кажется, меньше, чем сейчас. Было соглашение с японским университетом Сидзуока. Сидзуока — это небольшой город, там выращивают чай. Выиграть конкурс на стипендию было сложно. На мой взгляд, в языковой группе я была всегда второй, первой — Оля Пузанова, человек, который знал всё. Поэтому для меня было полной неожиданностью, когда на третьем курсе Татьяна Михайловна Гуревич, которая тогда была завкафедрой японского, корейского, индонезийского и монгольского языков, сказала, что я могу поехать в Сидзуоку. Но так как на поездку в Японию я не рассчитывала, у меня даже не было загранпаспорта. Оля поехала вместо меня, но, честно говоря, я не жалею, потому что я не очень хотела на стажировку. Если Оля могла приехать после трёх месяцев и сдать сессию «влёт», то для меня это было бы очень тяжело, а мне больше всего хотелось спокойно получить свой диплом. 


Летом после третьего курса неожиданно подвернулась счастливая возможность. Делегация спортсменов из клуба айкидо собиралась в Японию, но переводчик заболел и не смог поехать с группой. Тогда мне и двум ребятам с параллельного МО предложили выступить в качестве сопровождающих. Я согласилась. Поездку организовывал Японо-российский центр молодежных обменов, — если я не ошибаюсь, это подразделение японского МИДа. Во время путешествия я познакомилась с японскими русистами из Центра, которые нас сопровождали. И они меня просто поразили: они старались просто изо всех сил, чтобы нам было хорошо и комфортно, чтобы у нас остались от поездки хорошие впечатления. На мой взгляд, самое лучшее, что есть в Японии – это японцы. Понятно, что люди все разные, даже в Японии, но когда японцы хорошие, они прямо очень хорошие, очень отзывчивые и доброжелательные. По итогам той поездки у меня сложилось такое впечатление, что для японцев, особенно на работе, нет полумер, они не умеют останавливаться и всегда всё выполняют и доводят до конца (и немножко больше даже делают). 


Когда изучаешь язык, рано или поздно нужно побывать в стране, потому можно сколько угодно читать книжки, но не понимать, как все эти сведения «работают» на самом деле. Поездка в Японию была для меня очень полезной, потому что я стеснялась говорить, думала, что ничего не знаю. А когда приехала, начала спокойно болтать на японском просто со всеми подряд. Потом, на пятом курсе, я выиграла конкурс молодых исследователей и во второй раз побывала в Японии. В марте этого года я победила в конкурсе молодых исследователей уже для преподавателей, и мне снова посчастливилось посетить эту страну. 


Что из студенческой жизни Вам особенно запомнилось? 

У нас на курсе учились прекрасные люди — добрые, душевные. Я всегда с большой теплотой вспоминаю Кристину Левиеву, сейчас она корреспондент на Первом канале. Как-то раз я сказала, что не дочитала Гарри Поттера, начиная с пятого тома. И вдруг через пару дней Кристина принесла мне огромный пакет, а там тома с пятого по седьмой в русском и английском вариантах. Более того, все книги с печатями первых покупателей! Когда они только выходили в печать, Кристина, большой фанат, стояла за ними в очереди в Лондоне. Такие трогательные воспоминания — совсем не мелочи. 


Какие предметы у Вас были любимыми? 

Мне очень нравились лекции конечно по литературе. На первом курсе их читал приглашенный преподаватель из Литературного института, а на втором Юрий Павлович Вяземский. Для меня тогда его манера преподавания казалось немного необычной, он «провоцировал мысль», заставлял подумать, задавал неоднозначные вопросы. На многие вещи у него свой необычный взгляд — новаторский, ломающий стереотипы. Юрий Павлович привил нам любовь к драме Древней Греции. Ещё он часто говорил, что Библию обязательно надо изучать, поскольку она лежит в основе всей европейской культуры и литературы. Я с этим абсолютно согласна: самый простой аргумент, который можно привести, – это количество библейских аллюзий и отсылок в западноевропейской литературе. Марина Прокофьевна Кизима преподавала на третьем курсе литературу ХХ века, тоже было интересно, но этот период мне не так близок. Я очень любила лекции Заруи Андраниковны Мигранян, мне очень жаль, что сейчас она не преподает. Заруи Андраниковна была одновременно и очень умная, и добрая, и красивая. Когда я на неё смотрела, я невольно думала, что я бы тоже хотела быть таким преподавателем. У нее было особое чувство любви к своему предмету. Владимир Романович Легойда читал лекции по культурологии, а она вела семинары. Это был первый предмет, по которому я получила в зачетку А-100. И кто бы знал, что через пять лет я поступлю на культурологию в аспирантуру и стану кандидатом культурологии? Конечно, не могу не сказать о любимых преподавателях японского, вся кафедра переживала за нас, как за родных. Переживать было из-за чего, потому что «звезд» в нашей группе почти не было, но мы очень старались и закончили хорошо, я получила свою «А» и в общем была очень довольна. У нас чудесный деканат, который нас всегда очень поддерживал, замечательные преподаватели журналистики — и Ярослав Львович Скворцов, и Наталья Ильинична Чернышёва, и Никита Всеволодович Шевцов, и Сергей Владиславович Чугров. Помню, как 1 сентября на первом курсе самым первым нашим занятием была лекция по русскому языку, которую вёл Лев Иванович Скворцов, папа нашего декана, это был прекрасный человек и преподаватель. 


Почему в аспирантуре Вы выбрали направление «Культурология»? 

Культурология — это наука новая, междисциплинарная. Раньше существовали этнография, история, литературоведение, но в какой-то момент появилась необходимость изучать культуру в целом, не хватало обобщающей науки, изучающей именно культуру, а не отдельные ее аспекты. Например, есть замечательные книги по культуре Японии, но все они написаны специалистами по истории, филологии или искусствоведению. История — это наука которая «прицеплена» к конкретным фактам, датам и реальным событиям, а вот осмысления именно с точки зрения культуры, поиска ответа на вопросы «почему?», «что это означит?» именно в культурно-философском аспекте, сопоставления с другими культурами, выделения общих моментов она не предполагает, как мне кажется. Этнография — это описание жизни народов, попытка воссоздать быт и мышление древних народов, а культурология – это про то, что есть сейчас. 


После того, как я закончила пятый курс, у меня было немного подорвано здоровье и я на год уехала домой. В это время я размышляла над тем, чем хотела бы заниматься. Мне очень хотелось написать книгу про культуру Японии, понять особенности японского мышления и общества. Тогда я начала собирать материалы, на это не хватало времени, пока я училась, японский поглощал все силы. Накопив большое количество материалов, я решила написать книгу и подумала, что мне, наверное, понадобятся рецензии экспертов, когда я её напишу. Я решила съездить в родной институт и посоветоваться с Татьяной Михайловной Гуревич. Именно она подсказала мне становиться кандидатом наук, писать диссертацию. Я подумала — хорошая идея, я же уже буду экспертом, и у меня самой будет достаточно авторитета, чтобы выступать с какими-то высказываниями по культуре Японии. Изначально я не хотела идти в аспирантуру, так как, глядя на папу, профессора Орловского технического университета, понимала, что преподавание и наука — это тяжелый труд. Я не собиралась быть преподавателем, думала, что у меня нет к этому способностей. Но, когда я стала вести в МГИМО японский язык в качестве третьего, пока училась в аспирантуре, с удивлением поняла, что, кажется, что-то получается. Параллельно я с огромным удовольствием продолжала свои исследования и писала диссертацию. 


Сейчас Вы уделяете много времени научным публикациям? 

Последние два года я посвятила большую часть тому, чтобы учиться быть преподавателем. С третьим языком легче: занимаешься по родному учебнику Людмилы Тимофеевны Нечаевой, проходишь со студентами базу. А мастер-класс и история отечественной журналистики требуют дополнительных огромных знаний и умений. Я все силы бросила именно на это. Мне многого еще не хватает, но надеюсь, что с опытом это придет. Я работаю над тем, чтобы не только знать, но и хорошо понимать, чувствовать преподаваемые темы. Параллельно веду деятельность, связанную с поиском и сбором материалов. Когда в марте я была в Японии, мне удалось найти очень редкие документы, которые публиковались в старых японских научных журналах, я их привезла для того, чтобы перевести и использовать в научных работах. Планов очень много, например, нужно наконец написать монографию, ну и так далее. 


Вы решили продолжать заниматься преподавательской деятельностью или собираетесь перейти в сферу журналистики? 

Работать со студентами мне нравится. Однако, может, со временем, когда стану экспертом, я буду публиковать отдельные статьи, сотрудничать с изданиями. Очевидно, что мой академизм не подходит для журналистской деятельности, потому что я слишком въедливая, дотошная. У меня есть установка, что прежде чем писать, все нужно изучить как можно тщательнее. 


Может быть, у Вас есть своя методика преподавания?

Я понимаю, что преподавание — это большая ответственность. Главная формула, которую я для себя вывела, заключается в том, что студентов ни в чем нельзя обманывать. В этом нет смысла, это тупиковый путь. Нельзя строить из себя что-то, чем ты не являешься, они чувствуют фальшь. Еще я убедилась в том, студенты не должны бояться делиться своими мыслями. Иногда преподаватель хочет как лучше и поэтому критикует работу, и с кем-то это работает отлично, но бывают и очень ранимые люди, им вообще нельзя делать замечания, их надо только хвалить, чтобы они хоть что-то начали писать своё, от души. Я веду занятия у журналистов, они люди творческие, им свойственно метаться, искать себя, переживать, они часто доходят до того, что считают себя неталантливыми. Но я уверена, что в МГИМО поступают лучшие, все наши студенты — люди с незаурядными способностями. В такой ситуации важно найти правильный подход к ученику, подсказать, что в работе исправить, как усилить удачные моменты, дать рекомендации по стилю и композиции, отметить, что хорошо, а что просто отлично. Ну и, само собой, преподаватель должен быть достойным человеком, и ему нужно постоянно заниматься самообразованием и самосовершенствованием. 


Чему посвящен Ваш авторский спецкурс на факультете журналистики «Аниме и манга в современной медиасистеме»? 

Спецкурс основан на моей диссертации. Это курс про когнитивистику, про межкультурную коммуникацию. Смысл в том, что люди очень плохо разбираются в непохожих на свою культурах. Мы не можем общаться с представителями других культур и стран, потому что мы их не понимаем, то, что для них нормально, для нас странно и наоборот. Международникам важно уметь вырабатывать уважение к национальным чертам. На примере Японии, страны с наиболее закрытой культурой, я показываю, насколько наше мировоззрение отличается от японского. В последнее время у нас развилось «сериальное мышление», поэтому все больше людей смотрит аниме, которое при определённом подходе, за вычетом условностей жанра, является хорошим способом для изучения менталитета и традиций японцев. 


Какие у Вас увлечения, не связанные с профессиональной деятельностью? 

Мне интересно фигурное катание. Люблю Юдзуру Ханю, это японский двукратный олимпийский чемпион, очень хороший человек. Мне нравится в фигурном катании то, что это по-настоящему честный вид спорта — не с точки зрения судейства, в этом я не эксперт, а с той позиции, что человек все время должен себя преодолевать. Ему нужно делать сложнейшие вещи не просто технически правильно, но и красиво — сочетать искусство и спорт. На глазах у миллионов и падать, и плакать, и радоваться. Я удивляюсь, как, например, Алина Загитова падает, тут же поднимается и продолжает, стараясь еще больше, отдавая выступлению всю себя. Меня это каждый раз потрясает. Какая же воля должна быть у спортсмена, чтобы одному или вдвоем с партнером выйти на лед и проявить такую стойкость, показать стремление к победе. Это сильная мотивация для меня. 


Мне нравится классическая музыка, опера. Очень редко получается куда-то сходить, но я, к примеру, скачала приложение «Метрополитен-опера» и, когда есть возможность, слушаю различные выступления, хотя, конечно, качество звука несравнимо с живым звучанием. Очень люблю наших пианистов и оперных исполнителей. Денис Мацуев, Анна Нетребко — совершенно потрясающие артисты. Я их называю, потому что их имена больше всего «на слуху», но, разумеется, у нас есть ещё множество замечательных артистов, музыкантов и оперных певцов. Конечно, не представляю свободное время без чтения книг, в детстве я ничем другим не занималась, но сейчас на это меньше времени. 


Какая у Вас любимая книга? Фильм? 

Любимых книг у меня много, это произведения Шекспира, Оскара Уайльда и другие. Но как писатель для меня на первом месте — Пушкин. Чем старше я становлюсь, чем больше читаю его работ, в том числе публицистических, тем больше я поражаюсь, насколько гениальным может быть человек. С одной стороны, у него удивительные стихи, с другой — у него трезвый критический ум. Перечитывая его лирику и прозу, я понимаю, как это прекрасно, гармонично, выверено. Любимые фильмы — «Андрей Рублев» Тарковского и «Гладиатор». Третьим я бы назвала аниме «Девочка-волшебница Мадока Магика». Они все три похожи чем-то, на мой взгляд… 


Что бы Вы посоветовали сегодняшним студентам? 

Надо не переживать слишком сильно — чрезмерные эмоции мешают. Смысл дзэна в буддизме заключается в том, что ты отсекаешь лишнее, ты не боишься врага и в то же время не гордишься собой, когда стоишь перед противником. Ты как будто находишься в стороне и интуитивно ощущаешь, как поступать, сразу появляются здравые мысли — ты просто видишь вещи такими, какие они есть. Это очень важное умение. Надо себя уважать, не стоит думать, что ты хуже других, это не так. Даже отличники очень любят переживать, сравнивать себя с кем-то, думать, что им чего-то не хватает. Им важно помнить, каких успехов они добились, в чем преуспели за последнее время. Человек, который работает, прикладывает усилия для достижения определенного результата — всегда молодец, потому что он идет вперед, становится лучше. Самое главное — ничего не бояться, никогда себе не врать, стараться быть сильным. 


Майя Гумбатова, 2 МЖ

Пресс-служба Студенческого союза

 

Назад к событиям
Фотографии с мероприятия
    Остальные фото событий

    Товары магазина

    Записей не найдено.

    Остальные товары
    Вконтакте
    FaceBook
    Instagram
    Twitter

    Общественная приемная

    Тема

    Структура Студсоюза

    Наши мероприятия

    Поступление

    Инфраструктура

    Общежития

    Социальные выплаты

    Волонтерство

    Фирменная продукция

    Отправить